13:41 

«Слишком хорош для этого мира»

Чертенок *номер* 13
Ведерко электрических угрей
В общем, это был конкурс и это была толстовка. А кое-кто при виде толстовки с волосатым глазом теряет волю и нет бы купить, жадная задница. Конечно же, я ничего не выиграла - один голос, боль, тлен, уныние, дно - но плод этой сокрушительной любви уже не скроешь и не спрячешь =3.
Поэтому фик.
Это был как бы сагказм, но он волшебным образом переродился в драму, и при некоторой подпилке напильником получился чудовым кадавром и из того, и из другого. Можно было бы и по другому, наверное, но таково уж мое видение великого корефанского плана Х))).

Название: Слишком хорош для этого мира
Автор: Чертенок *номер* 13
Размер: мини (2 036 слов)
Пейринг/Персонажи: Корифей и компания, эй, это интрига, нельзя же так сразу!
Категория: джен
Жанр: драма, юмор
Рейтинг: G
Краткое содержание: Рассказ о том, как сложно найти себя в новом мире, если ты фея, а все вокруг - раттусы.
Примечание: написано на конкурс "О бедном злодее замолвите слово..."
Размещение:с разрешения автора


Корифей пребывал в крайне скверном настроении. Новое тело ему жало, в голове несмолкаемо звучал пошлый мотивчик на манер старых церковных гимнов, а от города, который он хорошо помнил, остались только статуи на въезде. Киркволл постепенно отстраивался после недавней трагедии, но по сравнению со своей тенью из прошлого все равно выглядел, словно крысиное гнездо. И истончившаяся Завеса, больше походившая на пожеванную тряпку, не придавала ему обаяния. Но Корифей и не собирался здесь оставаться — он должен был вернуться туда, где все началось. За билет на корабль до Тевинтера ушли последние деньги. Из узилища он выбирался с высоко поднятой головой, а оказалось — надо было обчищать карманы хартийцев. По крайней мере, не пришлось бы ютиться в трюме с матросней.

Возможно, тратиться и вовсе не стоило. Киркволл был всего лишь провинцией, смотреть же на насквозь прогнившее сердце Империи было невыносимо. От страны, которую Корифей оставлял во всем блеске величия и мощи, остался только остов в виде обломков статуй и развалин храмов. Они всегда презрительно величали остальных «варварами», а теперь сами стали ими — кучкой невежд, резвившихся на останках некогда великой страны и использовавших могущественные артефакты в качестве погремушек. Не говоря уже о том, что Корифея обхамили в порту, и даже толкнули — о времена, о нравы!
Стоя на развалинах храма Думата — своего храма — прямо перед остатками алтаря и обломками статуи величайшего из драконов, Корифей попытался в последний раз воззвать к своему богу. Но тот не откликнулся, конечно же, снова. Боги оставили их, если вообще когда-либо обращали на них внимание. Корифей отдал все, чтобы следовать их воле — и что получил взамен? Искореженное тело, развалины и пустоту.

Потом он долго вспоминал, что такое — напиться до беспамятства. Новое тело было плохо для этого приспособлено, скверна в крови не давала забыться. Корифей перевел не один кувшин крепкого эля, но так и не дождался нужного эффекта. Рядом праздновала дружная компания крайне непрезентабельного вида, Корифей старался не прислушиваться к их болтовне, но все равно против воли улавливал отдельные обрывки разговора. Они отмечали какую-то сделку, которая, якобы, в будущем принесет им сказочные барыши. Которые они, наверняка, все так же спустят в ближайшем кабаке. Если бы у Корифея были деньги!.. Пока он развлекал себя тем, что придумывал способы потратить заявленную сумму, компания, пошатываясь, засобиралась наружу.
То, что по пути один из неудачников выронил порядком засаленную бумажку, Корифей заметил сразу. Еще несколько секунд уговаривал себя, что ему это совершенно не интересно. Потом любопытство — за что же нынче платят такие деньги — взяло верх. Сначала все было банально: разграбить эльфийские руины — надо же, хоть это за века не изменилось — затем Корифей вчитался в то, что требовалось оттуда добыть. И понял, что ему тоже очень нужна эта, так называемая, «фигулина».

В следующий раз он пришел на развалины храма уже со сферой. Сейчас — просто попрощаться. Теперь ему казалась смешной сама мысль возносить молитвы Дракону не чего-нибудь, а Тишины. Может быть, и не было никогда никаких богов, только иллюзии. Возможно, не стоило полагаться на остальных, а нужно было взять дело в свои руки. Если трон Создателя пустовал от сотворения мира, вероятно, тот не станет слишком возражать, если на нем посидит кто-то еще. Чего недоставало этому новому, прогнившему насквозь миру, так это бога, который действительно будет отвечать на молитвы верующих и что-то делать. И почему бы Корифею не стать этим богом? В конце концов, не он ли был старейшим, а значит — и мудрейшим из живых существ? Не он ли превзошел все пределы могущества, коснувшись рукой стен Златого Града? Если кто и был достоин подобной чести, то только он.

Он очень долго шел к этому моменту: собирал сторонников — кому живописав картины новообретенного величия Империи, кого посулами будущей власти, кого подачкой из красного лириума, стражи же и так были в его власти, только за ниточки потяни — строил из разрозненных сил единую, слаженную организацию, продумывал до мелочей план своего вознесения. Оно должно было стать поистине величественным — еще бы, ведь этот момент должны были воспевать долгие века!
Ему казалось символичным провести ритуал в Убежище. Вознестись из последнего прибежища пепла Андрасте, выпив душевные силы верховной жрицы до дна. Восстать из обломков старой религии. Это было бы достойное появление для нового бога.
И надо же было такому случиться, все испортила какая-то… служка, мывшая полы при храме! Великая сила досталась этой остроухой оборванке, а торжественный момент обернулся позорным взрывом! Этот удар тяжело было перенести… Корифей, вынужденно переселившийся в новое тело и оттого испытывавший жуткие мигрени, страдал три дня и успокоился, только когда накормил скверной высшую драконицу. Ручной «Архидемон» немного успокоил уязвленное самолюбие, и можно было подумать о том, что же делать дальше.

Как оказалось, гнусная оборванка и воровка сумела пережить взрыв. Более того, она начала собирать вокруг себя других жалких оборванцев, дабы противостоять — и кому! Самому Корифею, который ныне гордо именовал себя Старшим! Разумеется, эта затея была просто смехотворна и изначально обречена на провал. Но в этом неправильном мире абсолютно все работало неправильно, и уже скоро новоиспеченная организация обрела имя и временную базу. Войско Старшего смело их жалкие укрепления, словно карточный домик, и раскидало врагов, как новорожденных нагов — но эта мерзавка, их предводительница, даже пойманная за руку, никак не желала признавать поражение или хотя бы воевать по правилам. Вместо того, чтобы погибнуть с честью, как ей и полагалось, она подло вызвала лавину! Привыкая к очередному телу, которому выпала великая часть стать вместилищем бога, Старший горько думал о том, как измельчал нынче противник.

Чем ближе Старший знакомился со своим великим воинством, тем мрачнее становился. Прямо на его глазах Чудище поскользнулось, упало на спину — и больше не смогло подняться, ворочаясь, словно неуклюжая черепаха. Тень, пытавшийся подцепить на руку-клинок кружку, вместо этого продырявил ее, а потом в бешенстве еще с полминуты мочалил жестянку, раздолбав попутно половину стола. В итоге соратникам пришлось кормить его с ложечки. Один из рыцарей бросил связку мечей, круто развернулся, подошел к ближайшей стене и начал биться об нее головой, бормоча бессмыслицу под нос.
— Немного больше лириума бы, — Самсон, похоже, давно не принимал дозы, а потому походил не на бравого генерала, а на трясущуюся старушку со слезящимися глазами из дома призрения. — Войско растет, и его аппетиты тоже.
— Ты обращаешься к богу, генерал! — одернул его Старший. — Где должное почтение?!
— Пардон-с, мусью, — охотно исправился Самсон, с некоторым нездоровым интересом косясь на краснолириумные отметины на лике своего бога. — Сильвупле, же не манж па сис жур, и, уж простите за мой орлейский, но солдат в бараний рог скручивает без лириума, и скоро они начнут друг друга обкусывать.
— Так тряхните Имшаэля! Чем он там занимается?
— Фигурно развешивает крестьян по кольям и рисует кровью вдохновенные натюрморты, мой господин.
— Так пусть не просто развешивает, а предварительно посеяв в них лириум. В конце концов, эти крестьяне были дарованы ему взамен на стабильные поставки красного лириума. Все, иди, не беси меня.
— Как скажете, мой господин, — даже подобострастный поклон Самсон умудрился отвесить, не отрывая взгляда от правой половины лица Старшего. Немедленно нанести визит в стан венатори показалось тому разумной и крайне предусмотрительной идеей.

Венатори увы, так же не оправдали его ожиданий. Изнеженные северяне тряслись и жались поближе к кострам, то и дело скорбно дыша на озябшие руки. Они были готовы для новой Империи на что угодно, но столкнулись с таким соперником, который не знал пощады — с ферелденской зимой.
— Все больше людей дезертирует, мой господин, — сухо доложила Кальперния. — Мы теряем их с каждым переходом. Запасы средств от обморожения на исходе. Многие из оставшихся отказываются ходить в патрули — участились случаи нападения крестьян.
Про это Старший слышал множество историй. В Тевинтере сопорати знали свое место, но только не в Ферелдене. Эти неправильные крестьяне, за последние годы привыкшие к стычкам магов и храмовников в своем огороде, с мрачной решимостью выходили на защиту дома. И оказалось, что прославленная мощь Тевинтера зачастую проигрывает обычным вилам или молотильному цепу.
А, меж тем, Леди Инквизитор — совершенно не умеют придумывать титулы! -собирала все больше сторонников. Заключала договоры. Выигрывала. Она — выигрывала, а он проигрывал — подлой воришке, остроухой оборванке, девчонке, в конце концов!
Но вот забрезжил луч надежды — венатори доложили, что им удалось найти скрытый доселе храм Митал с бесценным источником. О, со знаниями из этого источника Старшему не понадобилась бы метка, с ними он напрямую взошел бы в Златой Град! Оставалось всего-ничего — захватить источник.

Старший сидел на краю пустого источника, мрачно вглядываясь в грязную лужу на самом его дне. Если там и осталось что-то древнего знания, то разве что парочка замысловатых эльфийских ругательств. Тело, которое ему вновь пришлось сменить — да сколько можно, в конце-то концов, я бог, проявите уважение! — тоже было эльфийским, и от одного осознания этого факта кожа чесалась и хотелось плакать. Но плакать богу тоже не пристало, приходилось переживать обиду глубоко в душе.
Поглощенный сладостным саможалением, Старший не заметил, как к нему подошел… пожалуй, один из выживших хранителей. Надо было стереть этого глупца с лица земли, но, если честно, было лениво, и к тому же не хотелось отвлекаться от самосозерцания собственной внутренней божественности. Поэтому Старший ненадолго отложил акт божественного гнева. Эльф, фигуру и лицо которого скрывал плащ с причудливым капюшоном, подошел к стене, аккуратно протер рукавом запылившуюся мозаику, а потом просто вернулся и сел рядом со Старшим.
— Неужели я что-то делаю не так? — в голову Старшему пришла отличная идея. Раз он все равно убьет этого раттуса, почему бы для начала не поделиться с ним наболевшим? И легче станет, и никто не узнает о слабостях бога. — Ведь я же не для себя — для них, дураков, стараюсь!
Эльф промолчал.
— Древних богов нет, Создателя нет, никого нет. А я хотел стать таким богом, который отвечал бы на людские молитвы. Ведь как красиво все начиналось века назад! Я уходил на ту сторону Тени с мыслью преодолеть пороги возможного и вознести племя человеческое на недосягаемую ранее высоту! Но чего мы с товарищами добились на самом деле? Этот мир прогнил насквозь, мои соотечественники вконец опустились…
— Но хотя бы остались при власти, — пробормотал эльф.
— Что?
— Серан виар малс шивера меллавар.
— Да-да, одно и то же все, как один, бормочете, как будто других слов нет. И опять, и снова. Почему они так сопротивляются, не знаешь? Ведь я могу начать новый золотой век, что этим глупым людишкам опять не так?
— Диртара-ма.
— Всего-то надо было войти в Златой Град и занять пустующий трон. И даже этого не удалось, — Старший достал сферу, подбросил ее в воздухе, как простой мячик, поймал и собирался в сердцах швырнуть в стену. — Бесполезная игрушка.
Эльф выбросил руку вперед, и прежде, чем Старший успел среагировать, накрыл ладонью сферу — под его пальцами артефакт мягко засветился, в унисон ему ожил элювиан, а потом обоих просто втянуло внутрь арки портала.

Златой град. Это определенно был он — когда-то. Теперь его звали Черным — недаром. Толстый слой черной слизи покрывал здесь все. Эта слизь вообще была вездесуща в Тени, и желанный град она тоже не пощадила.
Площадка, на которую их выбросило, представляла собой огромный зал без стен — к исчезающему во тьме потолку поднимались витые колонны, чуть вдалеке Старший увидел ступеньки, ведушие… да, ведущие к трону.
— Это он, — не видя ничего вокруг, прошептал Старший. — Это он!
Одним рывком Старший преодолел это расстояние, пронесся, не считая ступенек, плюхнулся в кресло, не обращая внимания на все ту же извечную слизь. Горделиво расправил плечи, чувствуя, как изнутри поднимается волна невиданной доселе силы…
Только вот никакой силы не было.
Старший нахмурился, обернулся — красивый трон, резной, величественный, даже многовековая грязь не могла этого скрыть — ошибки быть не может, это он.
Старший встал, залез на трон с ногами, попрыгал — снова ничего. В досаде саданул кулаком по спинке — но только еще больше испачкался и к тому же ссадил костяшки. Позади кто-то хмыкнул. Старший, не оборачиваясь, кинул смертоносное заклинание, но оно словно растаяло в воздухе.
— Ма мелава халани, леналас латдин, — произнес эльф. — Мала суледин надас.
— Что… Что вообще здесь происходит? Это действительно Златой Град?
— Ну, когда-то он определенно таким был, — эльф с легкостью перешел на общий язык. — К сожалению, время не щадит ничего.
— Тогда почему?.. Создатель, трон, божественное величие… все это… — пока Старший говорил, эльф подошел и начал бережно очищать спинку трона от грязи. Делал он это, явно зная, что ищет. — Но что он на самом деле?
— О, первый дельный вопрос на сегодня! Это, мой оскверненный друг, безусловно величественная и абсолютно божественная летняя резиденция Митал. Чтобы твоему ограниченному человеческому уму было понятнее — дача, — из-под слизи уже показались смутные очертания прекрасного лика. — Здесь она отдыхала от притязаний верующих и сажала цветы. С удобрениями, вот, любила экспериментировать — пожалуй, даже чересчур. Расползлись по всему дворцовому комплексу.
— Дача, — тупо повторил Стар… Сетий, просто Сетий. — Божественный замысел, трон Создателя, средоточие всего. А у них тут — дача.
И медленно побрел прочь.
— Эй, ты куда? — окликнул его эльф.
— Пойду, красиво убьюсь об Инквизитора, — бесцветным голосом отозвался Сетий. — Иногда нужно просто вовремя уйти.

@темы: йумор, Dragon Age, фанфик, творчество, думка в квадрате, ололо, я водитель нло, все сгорели карусели

URL
Комментарии
2016-02-08 в 14:39 

Achenne
пунктуация искажает духовность
Самсон ООС асуждаю. х)
а так прикольно

2016-02-08 в 15:18 

Чертенок *номер* 13
Ведерко электрических угрей
Achenne, Самсон ООС асуждаю. х)

Чой-та? :evil:

а так прикольно

Спасибо! =3 :buddy:

URL
2016-02-08 в 15:20 

Achenne
пунктуация искажает духовность
Чертенок *номер* 13, ну. я понимаю, что тут стеб и все такое. но там у них не такие были отношения.

2016-02-09 в 13:19 

Чертенок *номер* 13
Ведерко электрических угрей
Achenne, ну. я понимаю, что тут стеб и все такое. но там у них не такие были отношения.

Высокие отношения! Простите... :lol:

Они особо нигде не пересекаются, разве что в рассказе, но и там Самсон не особо куртуазен и относится к Корифею без особого пиетета =3

URL
   

Чертенкин овражек

главная